НАЧАЛО   НОВОСТИ   ОРЯ   ПИШЕМ! 
                     
             

КАК ЭТО БЫЛО: НИИГАТА-1967
(Эволюция и логика развития отношений двух стран)


Советские участники выставки в Ниигата на острове Садо. 1967 год. Путь в Японию летом 1967 года у меня лежал через город Ниигата.

Отношения наших стран в ту пору развивались очень динамично. Прошло чуть более десяти лет с момента подписания совместной советско-японской декларации 1956 года, а полномасштабные контакты развивались полным ходом. К тому времени между нашими странами уже состоялся обмен посольствами, Торговое представительство СССР в Токио переехало из небольшого офиса на Роппонги и обосновалось в прекрасном здании в районе Таканава, возникли отделения ТАСС, корпункты ведущих газет. В Москве стремительно росло число представительств японских компаний, наладились активные культурные и спортивные контакты. Вообще, спортивные обмены и Токийская Олимпиада 1964 года стали особыми событиями. Японская промышленность набирала темпы. Олимпиада, по сути, позволила многим странам для себя открыть новую Японию. Со своей стороны японцы очень основательно потрудились для подготовки Олимпиады. Тогда были построены многие спортивные сооружения в Йойоги, Комадзаве, центральный стадион и комплекс спортсооружений в районе Мэйдзи дзингу - Аояма. Они и до сих пор способствуют развитию массового спорта в стране. После той Олимпиады все прекрасно знали наших гимнастов, особенно нашу великую гимнастку Ларису Латынину. А процветающий в наших странах волейбол позволил узнать легендарную японскую женскую волейбольную компанию с необычным названием "Тое но мадзе" - "восточные волшебницы". Основу ее составляла клубная команда текстильной компании "Нитибо" (Японская прядильная).

Пожалуй, наиболее радикальным тогда было решение транспортной проблемы в Токио. В результате быстрыми темпами были построены основные хайвэи, развязки и туннели. Тогда же началось интенсивное строительство современного Токио. Характерно, что примерно таким же способом спустя сорок лет поступили власти Пекина, решительно построившие современные скоростные магистрали в столице и расчистившие город от старых кварталов и улочек - хутунов.

Скоростные магистрали Токио потребовали очень крупных капиталовложений. Однако эта экономическая политика оказалась правильной, хотя и долгосрочной. Окупились скоростные платные дороги через 16 лет, а затем стали давать устойчивый доход городским властям.

То же самое происходило в области железнодорожных коммуникаций. Скоростные поезда в ту пору ходили уже не только по тихоокеанскому побережью по линии Токайдо, где исторически и географически находятся наиболее крупные порты, но и вглубь страны. Может быть, именно тогда у Какуэй Танака, выходца из Ниигаты, ставшего позднее премьер-министром и реформатором Японии, зарождалась его знаменитая программа "Освоения японского архипелага" ("Нихон рэтто кайдзо рон"). Объявленная К. Танака в начале 70-годов, она сразу привлекла внимание всех крупных предпринимателей Японии к менее освоенным землям западного побережья Японии и префектур центральной части Хонсю. Тогда цены на землю в этих районах резко пошли вверх, стал наращиваться поток инвестиций.

Однако все это было несколько позже. Установившиеся же в середине 60-х годов прямые связи, обмены в самых различных сферах создавали хорошую перспективу развития наших отношений. Об этом следует сказать особо, отдав тем самым дань уважения всем японистам первой волны и тем русистам в Японии, кто создавал реальный фундамент современных отношений наших стран. Впрочем, об этом в исследованиях наших российских ученых написано достаточно много, так что эта заметка, скорее всего, и не добавит что-нибудь принципиально нового...

Но вот конкретные события 35-летней давности, участником которых мне довелось быть (пусть даже это были события местного масштаба), на мой взгляд, могут стать хорошей иллюстрацией того, как все это развивалось, как мы учились понимать друг друга. Помимо того, пример Ниигаты, о которой пойдет речь, как мне кажется, наиболее четко показывает, как происходила эволюция наших отношений в 60-80-х годах, как эти отношения наполнялись конкретным содержанием, что предметно стороны делали для этого. В этом смысле именно порт Ниигата, на мой взгляд, сыграл важную роль в развитии наших добрососедских отношений. Поэтому я так и озаглавил свои заметки.

Динамика наших отношений того времени, интенсивные взаимные контакты, наконец, географические преимущества СССР подвели стороны к тому, что в начале апреля 1967 года между нашими странами было подписано двустороннее соглашение об открытии регулярных авиалиний Москва-Токио-Москва. Позднее эти рейсы были продлены до Лондона, Парижа и др. С нашей стороны рейсы стало выполнять государственное авиапредприятие "Аэрофлот", с японской стороны - корпорация "Джал". Тогда это было большим достижением, поскольку давало очевидную экономическую выгоду и, что особенно важно, способствовало более активному обмену. Деловые люди, делегации уже не тратили многие часы времени и немалые средства на длительные перелеты через Европу или Азию, чтобы посетить столицы двух стран. Перелет стал занимать около 10 часов.

В ту пору весьма активно практиковались выставочные обмены. Это было своего рода демонстрацией каждой из сторон своих возможностей и достижений в промышленной, научной, технической, культурной областях.

Буклет с текстом гимна выставки в Ниигата. 1967 год. Летом 1967 года Ниигата, прекрасный город западного побережья Японии, счел совершенно правильным отдать дань своим мудрым реставраторам эпохи Мэйдзи и достойно встретить 100-летие открытия порта Ниигата. Это событие так официально и называлось "Кайко хякунэн Ниигата кинэн" - "Столетний юбилей открытия порта Ниигата". Юбилей также совпал с завершением работ по восстановлению города и порта после сильного землетрясения 1964 года в этом районе. Власти Ниигата - губернатор префектуры Ниигата господин Ватари и мэр города господин Ватанабэ - сочли, что лучше всего встретить это событие Международной выставкой, посвященной памятной дате.

Выставка начала свою работу 8 июля и продолжалась до 31 августа 1967 года, т.е. шла полтора месяца.

Самое существенное состояло в том, что выставка стала единением трех стран - Советского Союза Японии и США. Японская сторона была организатором и главной из участвующих сторон на выставке. Она демонстрировала достижения префектуры Ниигата, города и порта, его развитие за сто лет. Америка была представлена небольшим городом - побратимом Ниигаты с западного американского побережья. Нашу страну представлял Хабаровский край - уже тогда Ниигата и Хабаровск были городами-побратимами. Кроме Хабаровского края к участию в выставке была приглашена Торгово-промышленная палата СССР, и в нашем павильоне был оформлен стенд с некоторыми нашими достижениями того времени. Это и стало началом моей представительской работы в Японии.

Именно прямым рейсом Москва-Токио спустя всего лишь три месяца с начала прямых авиарейсов мне посчастливилось прибыть в Токио в начале июля 1967 года. Тогда еще не существовало планов строительства аэропорта Нарита, и самолеты прилетали в аэропорт Ханэда, который находится практически в городской черте, в районе Ота-ку. Строился он на насыпной территории, отвоеванной у моря. Замечу, тогда приземление с ощущением стремительного движения к воде было очень своеобразном, хотя сейчас такие аэропорты - не редкость. Такой же аэропорт есть, например, в Сингапуре.

В Ханэда меня любезно встретил представитель Торгово-промышленной палаты из Торгпредства, и мы на машине, частично по тем самым отрезкам хайвееев, добрались в район Синагавы в наше Торгпредство, а далее путь шел от вокзала Уэно скоростным поездом до Ниигата.

Группа нашего, назовем так, ударного звена на выставке состояла из 7 человек. Все они, за исключением меня, были опытные работники, профессиональные стендисты. Но у нас двоих - уважаемого мной Панченко, диктора бюро радиокомитета в Хабаровске с вещанием на Японию, и у меня - было определенное преимущество: владение языком. Это накладывало ответственность и прибавляло нагрузку. Ведь посетители - это местные жители, говорящие только на своем языке. Многие, особенно дети и старики, вообще впервые видели иностранцев и, в частности, нас, русских. Мне поначалу это казалось таким странным... Ведь нас разделяет всего лишь Японское море и водное пространство протяженностью несколько сот километров. Логика подсказывала, что более тесные коммуникации между столь близкими соседями неизбежны.

Хабаровчане, естественно, работали на своих стендах. Мне была предоставлена экспозиция наших научно-технических и экономических достижений. Среди всего прочего в фокусе всей экспозиции были наши главные достижения того времени и гордость эпохи - успехи в освоении космоса и достижения в мирном использовании атомной энергии.

А теперь представьте картину того времени - бесконечный поток японцев: дети, подростки-школьники, молодые и пожилые, глубокие старики и старушки, большая часть которых - жители префектуры Ниигата. В основном это были семьи крестьян и рыбаков. К ним прибавлялись жители соседних префектур - Тояма, Канадзава, и даже более отдаленных - Акита, Нагано и др. Выставка была широко разрекламирована, и ее международный характер привлекал к ней повышенное внимание.

С постоянным и нескрываемым интересом посетители изо дня в день расспрашивали обо всем, что было представлено на стенде. Вопросы задавали обо всем мыслимом и немыслимом. Замечу, что поначалу было непросто подладиться под эту аудиторию и объяснять, как, например, спутник выводится на орбиту, что делают в кабине корабля космонавты, что такое невесомость, как обеспечивается безопасность наших атомных электростанций и т.д. При этом надо учесть, что знания посетителей обо всем этом и много другом были, что называется, никакими. Запомнились японские дети - самые любопытные, организованные своими учителями и все тщательно записывающие. Молодые люди, естественно, пытались попробовать свои знания в английском, но, обнаружив хорошую возможность этого не делать, с облечением переходили на свой родной. Они нередко вспоминали ту самую Токийскую Олимпиаду 1964 года и выдающихся спортсменов наших стран. Старики - тоже сама организованность с обязательным вожатым с флажком. Иногда из их строя выходили некоторые решительные. Скоро все объяснилось: это были бывшие военнопленные, знавшие о России не понаслышке. Они пытались вступить в разговор, вспоминая неплохо отдельные русские слова и выражения. Самыми употребляемыми словами были "хлеб", "суп", "работа" и "норма". Причем последнее носило двоякий смысл: норма работы и норма выдававшегося пайка. Разговоры в этом ключе вызвали у японцев положительные эмоции, поскольку все говорившие на эту тему посетители замечали гуманный характер содержания в плену, когда норма пайка была справедливой, что многим спасло жизнь в прямом смысле.

Многое интересовало японцев. По сути, как и сто лет назад, в эпоху Мэйдзи, большинство из них вновь открывали незнакомую для себя страну и культуру, развивающую те научные и технические области, с которыми в ту пору японец просто не сталкивался. Надеюсь, что сказанное будет правильно понято. Но эти моменты действительно показывали, что у каждой из стран был свой путь экономического и культурного развития.

Масао Итиока и советские участники выставки в Ниигата. 1967. Эмоций во всем этом бурном потоке пришлось пережить много. Для себя же пришлось взять за правило - делать все терпеливо, с достоинством и тактом. Не знаю, удалось ли это, но успех нашего павильона был очевиден. Об этом откровенно говорили устроители выставки и ее главные организаторы, в том числе губернатор г-н Ватари, и особенно мэр города г-н Ватанабэ. Смысл их высказываний состоял в том, что успех выставки был бы гораздо более скромным, если бы она была только чисто японской. В частности, об этом было заявлено и на нашем национальном дне, который был предусмотрен программой выставки. На открытие дня СССР на выставку тогда прибыли советник-посланник Цехоня и корреспондент газеты "Труд" Хлынов. Запомнился в работе с нами и представитель отдела внешних связей мэрии Ниигата Масао Итиока. Интересно пересекаются судьбы людей - лет двадцать пять спустя я совершенно случайно прочитал в одной из японских газет, что М. Итиока оказался во Владивостоке и вроде бы преподавал во Владивостокском университете. В газете даже была напечатана его фотография во весь рост, и я подумал, что он мало изменился. Во всяком случае, по фотографии я признал его сразу. Больше того, я достал свои фотографии тех лет, где улыбающийся Итиока как представитель мэрии сопровождает нас на о-в Садо. Об этом - отдельный рассказ.

С постоянным и нескрываемым интересом посетители изо дня в день расспрашивали обо всем, что было представлено на стенде. Вопросы задавали обо всем мыслимом и немыслимом. Замечу, что поначалу было непросто подладиться под эту аудиторию и объяснять, как, например, спутник выводится на орбиту, что делают в кабине корабля космонавты, что такое невесомость, как обеспечивается безопасность наших атомных электростанций и т.д. При этом надо учесть, что знания посетителей обо всем этом и много другом были, что называется, никакими. Запомнились японские дети - самые любопытные, организованные своими учителями и все тщательно записывающие. Молодые люди, естественно, пытались попробовать свои знания в английском, но, обнаружив хорошую возможность этого не делать, с облечением переходили на свой родной. Они нередко вспоминали ту самую Токийскую Олимпиаду 1964 года и выдающихся спортсменов наших стран. Старики - тоже сама организованность с обязательным вожатым с флажком. Иногда из их строя выходили некоторые решительные. Скоро все объяснилось: это были бывшие военнопленные, знавшие о России не понаслышке. Они пытались вступить в разговор, вспоминая неплохо отдельные русские слова и выражения. Самыми употребляемыми словами были "хлеб", "суп", "работа" и "норма". Причем последнее носило двоякий смысл: норма работы и норма выдававшегося пайка. Разговоры в этом ключе вызвали у японцев положительные эмоции, поскольку все говорившие на эту тему посетители замечали гуманный характер содержания в плену, когда норма пайка была справедливой, что многим спасло жизнь в прямом смысле.

Многое интересовало японцев. По сути, как и сто лет назад в эпоху Мэйдзи, большинство из них вновь открывали незнакомую для себя страну и культуру, развивающую те научные и технические области, с которыми в ту пору японец просто не сталкивался. Надеюсь, что сказанное будет правильно понято. Но эти моменты действительно показывали, что у каждой из стран был свой путь экономического и культурного развития.

Эмоций во всем этом бурном потоке пришлось пережить много. Для себя же пришлось взять за правило - делать все терпеливо, с достоинством и тактом. Не знаю, удалось ли это, но успех нашего павильона был очевиден. Об этом откровенно говорили устроители выставки и ее главные организаторы, в том числе губернатор г-н Ватари, и особенно мэр города г-н Ватанабэ. Смысл их высказываний состоял в том, что успех выставки был бы гораздо более скромным, если бы она была только чисто японской. В частности, об этом было заявлено и на нашем национальном дне, который был предусмотрен программой выставки. На открытие дня СССР на выставку тогда прибыли советник-посланник Цехоня и корреспондент газеты "Труд" Хлынов. Запомнился в работе с нами и представитель отдела внешних связей мэрии Ниигата Масао Итиока. Интересно пересекаются судьбы людей - лет двадцать пять спустя я совершенно случайно прочитал в одной из японских газет, что М. Итиока оказался во Владивостоке и вроде бы преподавал во Владивостокском университете. В газете даже была напечатана его фотография во весь рост, и я подумал, что он мало изменился. Во всяком случае, по фотографии я признал его сразу. Больше того, я достал свои фотографии тех лет, где улыбающийся Итиока как представитель мэрии сопровождает нас на о-в Садо. Об этом - отдельный рассказ.

Мэр гор. Ниигаты Ватанабэ в знак признательности и для ознакомления с истинно народной культурой Японии самого близкого острова, как он подчеркивал района Японии к нашему Дальнему Востоку в Японском море, организовал такую поездку. Наверное, в 67-году вряд ли кто-то из наших граждан смог побывать в тех краях, и мы это отчетливо сознавали. Плыли на пароме. Качало, как это бывает всегда в Японском море. Паром же - это нечто особенное. На нем, в пути по морю, можно было соприкоснуться с подлинным японским бытом и укладом жизни - вместо привычных кают был общий трюм с татами и массовое поедание японцами бэнто. Был для нас и "десерт" - в общем трюме был закреплен телевизор, что по тогдашним временам было весьма передовым явлением, тем более в провинциальном районе.

Садо - это, на мой взгляд, какая - то особая культура Японии. Наверное, каждый, кто глубоко изучает Японию, знает, что такое Садо о-кэса. Все, кто общался с японцами в неформальной обстановке, слышали не раз исполнение этой знаменитой песни садо о-кэса, знают мелодию, жесты, которыми она сопровождается, знают костюмы с узнаваемыми соломенными остроугольными шляпами. Все это мы живьем смогли увидеть в оригинальном исполнении. Память и фотографии об этом событии хорошо сохранились до сего времени. И, конечно, признательность нашим спонсорам за внимание к нашей делегации, позволившей получить два выходных от изнурительной выставочной суеты дня и прикоснуться к глубинной народной культуре.

Ниигата в июле-августе - это жара и влажность. Пришлось срочно заказать в универмаге летний костюм. Удивила скорость и точность исполнения - костюм был готов за неделю. Но июль- август - это и прекрасная пора и череда очень многих событий. Довелось увидеть красивый праздник танабата с ясным небом и звездами - прямо как в легенде об этом празднике. Середина лета - это непрерывный звон цикад. И здесь нельзя не вспомнить о наших американских партнерах по выставке. Общались мы немного. Но на национальные дни посетили павильоны друг друга. А затем узнали, что уже тогда у американцев в Ниигата работал Американский культурный центр. Их руководители воспользовались случаем и пригласили нас к себе на частную территорию при Центре. Это был прекрасный японский сад с традиционным прудом и ручными карпами. В саду стрекотали те самые цикады. Их нам по традиции преподнесли в маленьких клетках. Но главной достопримечательностью там была старинная лодка, найденная археологами. Кажется, это было долбленое из цельного массива дерева судно, происхождением около 11 века.

В Ниигата постоянно дуют ветры с Японского моря. Его воздействие настолько велико, что низкие японские сосны, грядой растущие вдоль побережья прямо на песке, наклонены все как один к земле от моря и выглядят как-то неестественно. Так велика сила дующего ветра. Ветру здесь, как и везде в Японии, поклоняются, так как он дает силу парусам. И как везде в Японии здесь, на побережье, устраивают праздники воздушных змеев. Организованный по поводу национального дня Японии на выставке он стал грандиозным зрелищем.

Еще был день поминовения с традиционными корабликами и зажженными свечами, спускающимися по воде, Эти дни совпадают с днями окончания войны на Тихом океане, который тоже не остался без внимания в гуманном смысле.

Успех выставки или, как ее называли, - "Ниигата ЭКСПО-67", был очевиден. И это не только в смысле огромного количества посетителей со всего западного побережья Японии. Думается, главное было в том, что она была искренней демонстрацией готовности к широкому сотрудничеству. Посудите сами. В те годы в порту Ниигата одиноко стояли под разгрузкой только одни наши лесовозы и другие грузовые суда. За прошедшие же годы открылось несколько прямых пассажирских и грузовых авиалиний из Ниигаты на наш Дальний Восток. Открылись несколько Генеральных консульств обоих стран, представляющие интересы отдаленных от столиц регионов. Регулярно проводились конференции по экономическому сотрудничеству и торговле префектур Западного побережья Японии и нашего Дальнего Востока. В 70-80 годах мне довелось в них участвовать в качестве официального представителя. Наконец, в конце 80- годов в Ниигата образовалась группа компаний, предложивших программу инвестиций в районы Дальнего Востока (SUIP). Многие знакомые японские бизнесмены стали ее участниками. Частью этого бизнес - проекта стало создание в префектуре Ниигата "Русской деревни". Этот перечень можно было бы продолжать. Но важно только отметить, что путь, намеченный сторонами в те далекие 60-е годы, был абсолютно верным.

Юрий Дворянчиков
irachina@online.ru

##### ####### #####
Окно в Японию -
E-mail бюллетень
Общества "Россия-Япония",
#10, 2002.03.10, # 11, 2002.03.17
http://ru-jp.org
ru-jp@nm.ru
##### ####### #####

       
                       

 НАЧАЛО   НОВОСТИ   ОРЯ   ПИШЕМ!