|
Н.И. КОНРАД
КУРС ЛЕКЦИЙ ПО ИСТОРИИ ЯПОНСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ ЭПОХИ МЭЙДЗИ (1868-1912)
(20)
Нужно сказать, что отношение молодого поколения к двум признанным столпам недавней литературы Койо и Робан было очень недоброжелательным. Их произведения подвергались переоценке; их стали находить неглубокими, чисто внешними, исполненными отголосками старой феодальной, развлекательной литературы. Новому поколению, ищущему, прежде всего, «глубины» и серьезности, жаждущему видеть в литературе отражение и трактовку тех проблем и переживаний, которыми были заняты умы и сердца, произведения Робан и особенно Койо ничего не давали. Отсюда – клич молодой критики: «хороните Робан и Койо».
И вдруг, одно время было совсем умолкнувший Койо в 1896 г. наперекор всем, хоронившим его, выпускает новый роман «Много чувств, много горестей» (Тадзё такон) и сразу повертывает к себе общественное мнение.
Разумеется, от Койо трудно было ожидать поворота к «идейной литературе»; легче всего ему было перестроиться на психологический лад. Крупный же талант, которым Койо бесспорно обладал, сделал свое дело: «Много чувств – много горестей» сразу занял положение признанного шедевра психологического романа.
Как явствует из самого названия, роман целиком посвящен психологической теме: в нем показаны тяжелые страдания героя – учителя Рюкоскэ, потерявшего горячо любимую жену и совершенно ушедшего в мир воспоминаний, образов прошлого; обрисовано, как заботливость и чуткость другой женщины – О-Танэ, жены его лучшего друга, понемногу заставляет его снова полюбить; рассказывается, как он начинает домогаться этой женщины, и заканчивается новым отчаянием героя, потерявшего из-за того, что позволил себе отдаться новому чувству и эту новую любовь и старую испытанную дружбу.
Роман Койо произвел колоссальное впечатление. Художественная репутация Койо была снова блестяще подтверждена, а его положение вождя новой литературы вновь восстановлено. Это возрождение Койо было еще более укреплено вторым его романом, вышедшим сейчас же вслед в 1897 г. – «Золотой демон» (Кондзики Яся) и быстро превратившимся в одно из самых популярных произведений новой литературы. В нем автор основную свою задачу – психологического анализа – соединяет с побочной – общественной, в том духе, как тогда его понимали: в духе столкновения личности с окружающим миром: он рисует столкновение любви и власти денег. Герой романа – студент Кэнъити любит свою двоюродную сестру – Мия, с которой воспитывался; пользуется ее взаимностью и с радостью ждет момента, когда назовет ее своей женой. Но Мия выходит замуж за купца Томияма, соблазненная его богатством. Кэнъити перерождается: в нем появляется ожесточение, желание мстить всему человеческому роду. Он делается ростовщиком и находит удовольствие в разорении своих жертв. Автор дает, тем не менее, основание думать, что это нравственное падение Кэнъити – не окончательное: он заставляет его иногда совершать неожиданно добрые поступки. В таком именно духе – последующего исправления героя и даже примирения его с любимой женщиной – и закончил этот роман, недописанный самим автором, Идзуми Кёка.
Второй недавний властитель дум – Робан, не сумел перестроиться подобно своему знаменитому собрату. В 1895 г., т.е. в то время, когда живая струя литературы уже явно переходила в русло идейной повести, психологического романа, он выступает с произведением «Новый Урасима», где возобновляет мотив старой баллады (VII века) о юноше рыбаке Урасима, попавшем в подводное царство к полюбившей его дочери морского царя, счастливо прожившего с ней ряд лет и пожелавшего потом вернуться на землю взглянуть на своих старых родителей. Баллада рассказывает, как по возвращении на землю он ничего не узнал: все умерли сотни лет тому назад, и он сам вдруг оказался дряхлым стариком. Робан обрабатывает этот сюжет в духе идей даосской философии в Китае: истинный мир – за миром вещей; чтобы в него войти, нужно отойти от этих вещей, уйти в «естественное состояние», природу. А оттуда шаг дальше – к существованию блаженных духов. Еще один шаг – и начинается жизнь, где нет ни жизни, ни смерти, состояние «не – деяние». В этом состоянии человек впервые достигает истинной свободы и самоутверждается. Разумеется, эти воззрения не могли найти особого отклика в успевшем уже измениться читателе, и Робан все более и более терял свою популярность. В 1902 г. он сделал было попытку приблизиться к запросам времени и выпустил роман «Волны, бьющие в небо». Роман этот в силу своих буддийских настроений имел некоторый успех в определенной части читателей, склонных к религиозной метафизике; однако автору не удалось пересилить себя окончательно: он так и бросил свой роман неоконченным. Судьба Робан – символический закат старой литературы, не нашедшей себе места в новых условиях.
Тем временем, японская литература была уже на пороге нового этапа. Идейная повесть, психологический роман, данные в такой примитивной форме переставали удовлетворять все растущего читателя. Как уже было сказано раньше, японская буржуазия в очень ускоренном порядке переживала ступени развития, установленные ее западной сестрой. Если за 30 лет японцы сумели, то также быстро они шли и в идеологической области. В эру подъема японского капитализма, обнаружившегося во время японо-китайской войны и особенно после нее, в пору первого сильного обострения внутренних противоречий буржуазии, естественно было стремление разобраться в тех противоречиях, которыми оказалась насыщенной жизнь. И так как эти противоречия сильней всего затрагивали личность, действовали на душевный мир нового поколения, то естественно, что появились первые попытки ставить идейные и психологические вопросы. Однако держаться на примитивном уровне, на котором это было сделано, долго было невозможно. Пора было выходить из замкнутого круга личных интересов, психологических конфликтов. Пора было приниматься за изображение конкретной среды, порождающей эти конфликты, - самого их первоисточника. Эта среда – прежде всего семья, затем – общество, государство. Японская литература именно в это время начала нащупывать пути к созданию социально значимого проблемного романа.
Как и раньше в подобных случаях, с первым призывом выступила критика – в лице Такаяма Тюгю и Утида Роан. «Вся история литературы – восточной и западной – доказывает неопровержимость одного положения: великая литература, как и великие люди тем и велики, что лучше всего выражают дух своего времени. Быть выразителем духа времени – это не значит угождать вкусам своего поколения. Это значит – идти впереди чувства и требований своего поколения, воплощать собой то, к чему оно идет; говорить ему «смотри, вот, твои идеалы». Так, говорил Тюгю в своей знаменитой статье «О духе времени». Это требование – идти впереди своего поколения, но по его же пути, обращенное им к тогдашним писателям, было большинству их не по силам. Он и сам это хорошо понимал: «большинство нынешних писателей молоды, им не хватает жизненного опыта, поэтому выводимые ими персонажи и события, идеи – в большинстве детские, что и следует ожидать от их творцов – юношей, не знающих жизни. Выведенные ими люди близки только им самим, прочим же читателям они не интересны. Отсюда и получается тот неизбежный результат, что между автором произведения и его читателем нет ничего общего, кроме интереса последнего к любовной интриге произведения. Удовлетворять этим может только часть молодежи студенческого возраста; людям 40-50 лет, имеющим жизненный опыт, эти повести представляются младенческими и пустыми. Короче говоря, основным недостатком наших писателей является эта неспособность их связать свое произведение с действительностью, с живым обществом». Тюгю не дал конкретного перечисления признаков того нового жанра, об отсутствии которого он горевал, но из его отдельных высказываний можно заключить, что он прежде всего требовал отхода от любовных сюжетов, постановки в центре внимания вопросов социальных и политических.
Источник: Профессор Н.И. Конрад. Курс лекций по истории японской литературы эпохи «Мэйдзи» (1868-1912). На правах рукописи. ЛИФЛИ. 1934-1935 гг. Ленинград.
Публикация Марии Щербаковой (maria_scher@mail.ru)
Постоянный адрес этой страницы лекций в сети Интернет –
http://ru-jp.org/konrad_meiji_bungaku_20.htm
Постоянный адрес первой страницы лекций –
http://ru-jp.org/konrad_meiji_bungaku_01.htm
##### ####### #####
ОКНО В ЯПОНИЮ -
E-mail бюллетень
Общества "Россия-Япония",
# 01, 2007.01.07
http://ru-jp.org
ru-jp@nm.ru
##### ####### #####
|
|